Жизнь по паспорту

С царских времен в России широко известна пословица: «Всякий порядочный русский человек состоит трех частей: души, тела и паспорта». Для советского человека паспорт в этой пословице следовало бы поставить на первое место. Он ему требовался на каждом шагу: на свадьбе и похоронах, на работе и учебе.

Некий прообраз современного паспортного режима возник давным-давно. Еще в Ветхом Завете есть упоминания о пропусках в Персидской империи во времена Артаксеркса I. А само слово «паспорт», судя по всему, придумали французы для обозначения пропуска на вход в город или выход из него (porte во французском языке означает «дверь» или «ворота»). В сравнении с европейскими странами паспортная система в России появилась довольно поздно, только при Петре I. Хотя Ленин и другие революционеры костерили паспортную систему в Российской империи на чем свет стоит, но она не мешала им свободно выезжать за границу.

От анархии к режиму

В 1903 году Ленин, находясь в Лондоне, писал: «Что значит свобода передвижения? Это значит, чтобы и в России были уничтожены паспорта, чтобы ни один урядник, ни один земский начальник не смел мешать никакому крестьянину селиться и работать, где ему угодно».

Когда большевики под руководством Ленина пришли в 1917 году к власти в России, они действительно отменили внутренние паспорта, но зато ужесточили до крайности правила выезда из РСФСР и еще сильнее -въезда. 2 декабря 1917 года Троцкий издал приказ о «визации паспортов» при въезде в РСФСР. А визировать их мог только Вацлав Боровский, находившийся в Стокгольме.

Из-за революций, Гражданской войны и отсутствия паспортного режима в России в 1917-1918 годах царила полная анархия при перемещении огромных масс населения. В конце концов большевики пришли к тому, от чего ушли, только в гораздо более жестком виде. В соответствии с постановлением ЦИК и СНК СССР от 27 декабря 1932 года на территории СССР была установлена единая паспортная система.

Изначально были введены ограничения на прописку в Москве, Ленинграде (включая стокилометровую зону вокруг них) и Харькове (включая пятидесятикилометровую зону) для беглецов из колхозов и лиц, осужденных за тяжкие преступления. В 1933 году к ним добавилось еще 26 городов, которые стали считаться режимными. А впоследствии режимных городов стало несколько сотен.

Система была отдана в ведение милиции. В городских и областных управлениях были образованы соответствующие отделы, а в подразделениях рангом пониже — паспортные столы. В 1935 году появились отделы виз и регистрации иностранцев (ОВИР).

В 1936 году ввели специальные чернила для заполнения бланков паспортов и специальную мастику для печатей. Для борьбы с легкомысленным отношением к семейным обязанностям в паспортах при регистрации брака стали делать отметки в загсах. А в паспортах бывших заключенных начали вносить запись «Выдан на основании пункта 11 Постановления СНК СССР за №861 от 28 апреля 1933 года». И только с октября 1937 года в паспорта стали вклеивать фотографии.

Обиженные крестьяне

Ныне в России отношение к советской паспортной системе двоякое. Условно говоря, либералы и консерваторы имеют разное мнение. Либералы, как некогда Ленин, костерят ее, называя инструментом советского крепостничества. Консерваторы утверждают, что она позволила упорядочить государственную систему, способствовала созданию условий по профилактике преступлений и контролю за лицами, склонными к противоправным действиям. Вероятно, как обычно, истина где-то посередине.

Говорят, что паспортная система была направлена на то, чтобы привязать к месту и государственным работам миллионы «раскулаченных» и бежавших от колхозной «коллективизации». Безусловно, это так. Но ее главная задача явно состояла в общем наведении порядка в стране. И она с этой задачей справилась, хотя и с существенными перегибами. Упоминавшийся ленинский завет был выполнен наполовину. Крестьянина сделали беспаспортным, но права «селиться и работать, где ему угодно» ему не дали. Отныне крестьяне жестко привязывались к родному селу и колхозу, не имея возможности никуда уехать без паспорта. И это была дискриминация почище царской.

Кого паспортная система 1932 года незаслуженно ущемила в правах, так это крестьян. Полноправными гражданами СССР они стали только во время паспортной реформы в 1974 году, когда начали получать паспорта без всяких ограничений.

42 года насильственной привязки к деревне вместили множество личных человеческих драм. Трудно даже представить, что чувствовали фронтовики, прошагавшие пол-Европы, когда после Победы возвращались в свои обнищавшие за годы войны колхозы. Где не осталось исправной техники, а пахали на отощавших от голода лошаденках, которых на ночь привязывали на веревках к потолку, поскольку если они лягут, то уже не встанут. Какое бессилие они ощущали от того, что не могут увезти в город из этой нищеты своих близких, не имеющих паспортов. Может быть, поэтому, из-за беспросветной жизни, и спивались.

Впрочем, вряд ли стоит сильно сгущать краски. Возможности уехать из села для крестьян были. Для молодых — на учебу в вузы и ФЗУ, для взрослых — для работы на заводах, где их готовы были принять. И уезжали очень многие. Те, кто жил в СССР, помнят популярную поговорку: «Хочешь жить — умей вертеться!» Причем «вертеться» приходилось всем и везде — и в городе, и в деревне. Поэтому при должном стремлении и настойчивости получить паспорт и уехать было можно.

Вторая паспортная реформа в СССР началась в 1974 году. На тот момент в стране насчитывалось 50 миллионов сельских жителей. Понадобилось шесть лет, чтобы обеспечить их паспортами. Полная паспортизация закончилась 31 декабря 1981 года.

Секрет пятой графы

Кстати, Владимир Маяковский, который «доставал из широких штанин дубликат бесценного груза», воспевал не общегражданский, а заграничный советский паспорт. В эпоху развитого социализма это была уже вовсе не «краснокожая паспортина». При выезде за границу использовались: заграничный паспорт(коричневого цвета), служебный паспорт (синего цвета), дипломатический паспорт (зеленого цвета) или паспорт моряка. По возвращении в СССР эти документы сдавали в выдавшие их учреждения.

Расхожими стали разговоры о так называемой пятой графе. Считается, что это отметка о национальности в паспорте. Но на самом деле графа номер пять для указания национальности была в формуляре личного листка по учету кадров паспортных органов МВД СССР, а не в самом паспорте. До 1975 года нужно было указывать в ней национальность, как у отца. После 1975 года можно было выбирать, чью национальность брать себе — отца или матери.

Из-за надежной защиты советские паспорта успешно подделывали довольно редко. До наших дней дошла байка, что западные спецслужбы десятилетиями не могли понять, почему их шпионы постоянно попадаются на паспортном контроле. Вроде бы они научились фальсифицировать и бумагу, и чернила, и водяные знаки, а простой милиционер в СССР с легкостью раскрывал подделку.

Ошибка иностранцев заключалась в том, что они прошивали фальшивые паспорта скрепками из нержавеющей стали. А советские железные скрепки ржавели, оставляя коричневые следы в местах проколов.

В СССР практиковалось торжественное вручение паспортов отличникам учебы и активным комсомольцам. Схожую традицию возрождают в современной России.

Невозможно отрицать, что советская паспортная система имела огромное значение для борьбы с преступностью. Пусть недемократично и негуманно, но она позволила людям в крупных городах жить более-менее спокойно.

ТАЙНЫ СССР, Евгений УРАЛОВ

Вы можете оставить отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв

Subscribe to RSS Feed Следите за мной на Twitter!